Лейкан

«Когда-то буря была едина». – Неизвестный Давным-давно из первозданной бури восстали две силы – не смертные и не боги, а нечто более древнее: первые голоса грома и молнии. Одним был Райдзан, чьи громовые барабаны могли расколоть хребет небосвода. Другим был Лейкан, чьи молнии несли тяжесть правосудия, каждый удар – яростное очищение, изгоняющее хаос из самого воздуха. Хоть и рожденные одним потоком, они были противоположны по своей сути, разделив мир поровну между собой. Путь Райдзана заключался в том, чтобы раздирать и рассеивать, позволяя хаосу свирепствовать над землей, сокрушая империи и обнажая горные хребты до основания. Путь Лейкана же был связывать и измерять, укрощать дикость бури, придавая ей форму, способную сохранять, а не поглощать. В первые дни его молнии вычерчивали береговые линии, а его спокойствие позволило земле остыть настолько, чтобы жизнь смогла пустить корни. Этот симбиотический союз родился не из доверия, а из необходимости, ибо если существует гром, сотрясающий небеса, должна быть и молния, рассекающая завесу безумия. И когда земля Тиа полностью обрела форму, когда их столкновения посеяли достаточно смуты и спокойствия в равной мере, они прекратили битвы и разделили господство над королевством. Пронеслись века. Земля затихла. Договор остался нерушим. Райдзан удалился в небесную высь, его имя стало лишь молитвой на устах да отголоском далеких слухов. Что до Лейкана, он возлег на побережье Тиа, зорко наблюдая за землей, которую его молнии высекли из хаоса. Столетия приливов и наносов замаскировали его исполинское тело под разбросанную цепь островов, известную как Хвост Василиска, где волосы на затылках мореплавателей вставали дыбом, когда их корабли скользили по мелководью. Лишь те, кто помнил древнейшие песни, понимали: острова – это его кости, рифы – его грива, а сам ветер – его дыхание. Он не поднялся бы вновь, если бы равновесие мира не пошатнулось. Предсказание сбылось, когда пал Узимо и восемь барабанов Райдзана вновь загрохотали в небесах, ибо война между Судьями и Вальдероном породила пустоту, которую заполнил необузданный хаос. Барабаны неба били непрестанно, и бури больше не сменяли друг друга с временами года, а раздирали само полотно сезонов. В ответ цепь островков стряхнула с себя земную пыль, и Лейкан восстал вновь, а его фиолетовые глаза пылали неотвратимой расплатой. Его природа не знает подчинения. Его молния способна исцелять так же быстро, как и ранить, его бури могут укрывать так же искусно, как и разрушать. Против сокрушительного грома Райдзана Лейкан выступает с единственной электрической силой, способной ему противостоять. Он – печать, которую невозможно сломать, закон, которому даже сама буря должна повиноваться. Его бури подобны армиям, его копыта громыхают, как боевые барабаны, а его молнии не щадят никого перед лицом суда. Бури, которых боимся мы с вами, те, что мы принимаем за ураганы, шквалы и циклоны... Это лишь отголоски возобновившихся столкновений двух титанов на небесах Тиа, ни один из которых не дарует пощады и не просит о ней.