Орен

«Этот мир жаждет спасения, и все же мы отвергаем его героев». – Алистер С самого рождения Орен оказался в неоплатном кровавом долгу перед этим миром. Его мать умерла при родах, а отец – солдат, служивший в рядах Мосуна, – так часто отсутствовал, что память сохранила о нем лишь обрывки: закованный в броню силуэт в дверях, мозолистая рука на плече, запах стали и мокрой кожи, а затем месяцы, а иногда и годы пустоты. К тому времени, когда Орен осознал, что такое горе, он уже принимал его за норму. Мир рано научил его своим законам. Сначала пришла потеря. Справедливости не было никогда. Голод сделал из него вора. Гнев упростил все остальное. Он катился по наклонной к жизни, которой суждено было оборваться в канаве или на виселице, пока его не приняло Сообщество – воинствующее братство, созданное для защиты человечества от порчи, окутавшей Тиа. В Сообществе Орен впервые обрел цель. Тренировки закалили его ярость, а дисциплина придала ей направление. Однако единство ордена казалось хрупким: одна фракция цеплялась за жесткие принципы света и веры, другая предпочитала более темные, прагматичные методы. Орена разочаровывал этот бессмысленный конфликт. Защищать слабых, карать жестоких и положить конец страданиям, терзающим королевство. Таковы были его убеждения. Его прагматизм, хоть и вызывал восхищение, нажил ему врагов, которые угрожали его погубить – врагов, чья жажда власти теперь намного превосходила любые былые благие намерения. Неосознанно, или, возможно, по наивности, Орен оказался на передовой растущей борьбы внутри Сообщества, а его прежние цели превратились в бледную тень их общего прошлого. По сей день он не знает, чья именно рука в Сообществе наслала на него эту напасть, но проклятие оказалось столь жестоким, что полностью изменило его сущность. В его венах поселился холод, тело покрылось льдом, и само его присутствие стало опасным, словно за каждым его шагом следовала зима. Орен обрел небывалое могущество, но стал еще более одиноким, чем когда-либо прежде. Товарищество стало невозможным, так как никто не мог долго находиться рядом с ним, не чувствуя, как этот неестественный холод пробирает сквозь доспехи, ткань и кости. Орен когда-то обрел в этом месте дом, но теперь решил уйти, чтобы не стать жертвой дрязг Сообщества и не сгинуть окончательно. Он отправился в странствие по Тиа в поисках лекарства или, по крайней мере, места, где мог бы встретить смерть на своих условиях. Прошли годы, и до него дошли загадочные слухи о кристальном сосуде, хранящем первородное пламя Феникса, спрятанном в стенах вулкана. Орен спустился в яму с ледяной кровью в жилах, вынес то, что по силам лишь немногим, а когда поднялся – лед и пламя уже вились внутри него единым жгутом. Родилось новое оружие: человек, дважды проклятый, но теперь способный совладать с самим собой. Но за время его отсутствия произошло многое. Две фракции откололись от Сообщества: «Доминион хаоса» и «Верховные судьи». И хотя обе претендовали на верховенство, Орен помудрел и видел истину: они были лишь двумя головами одного и того же зверя. Перед Ореном стоял лишь один вопрос: как заставить этого зверя склонить голову.