Иви Фрай

«Вы знакомы с моей сестрой? Дама Иви Фрай». – Джейкоб Фрай Иви Фрай, дочь ассасина, выросла в тени кредо, которое было древнее империй и прочнее стали. От отца она унаследовала не только дисциплину, точность и безошибочное чутье на чужие слабости, но и усвоила куда более суровый урок: мастерство, лишенное человечности, – это лишь еще один путь к гибели. Иви свято хранила эту истину в своем сердце. Для нее сдержанность никогда не была слабостью, а милосердие – заблуждением. Это было проявлением воли, ведомой целью, а не порывом. Отец выковал ее характер, а брат закалил его в непрерывном противостоянии. Будучи сестрой-близнецом Джейкоба, который бросал вызов опасности со смехом и безрассудным восторгом, Иви стала для них двоих голосом разума. Там, где Джейкоб прорывался сквозь преграды, словно буря над крышами Лондона, Иви действовала с выверенной силой. Эта сила прошла проверку в Лондоне, где под внешней позолотой города, подобно гнили, расползалась коррупция. Там, в противостоянии с Кроуфордом Старриком и гигантской машиной амбиций тамплиеров, Иви доказала, что выдержка разит глубже всего. Она выходила на охоту, чтобы вырвать невинных из-под тяжкого гнета чужого владычества. Вместе с братом и Генри Грином она боролась, чтобы освободить Лондон из железной хватки Старрика, пока в конце концов его интриги не поставили под угрозу сам Букингемский дворец. Когда опасность нависла над короной, Иви встала в ряды защитников. Из рапорта Фредерика Абберлайна весть об этом подвиге дошла до королевы Виктории, и та пожаловала ей рыцарский титул. Но сколь бы велика ни была эта честь, она не могла охватить всей полноты ее жизни в тени. Со временем она стала известна как Дама Иви Фрай, а вскоре после этого закрепила за собой статус мастера-ассасина. Но одни лишь титулы не могли рассказать всю правду о ней. Ее наследие измерялось не только числом поверженных врагов или заговорами, пресеченными до того, как они успели обернуться катастрофой. Оно жило в том, что она, не сдаваясь, пронесла через кровь, тайны и скорбь. До самого конца она оставалась той дочерью, которую воспитал Итан Фрай: наделенной железной дисциплиной и ясным умом, всегда понимавшей, что жестокость никогда не служит доказательством силы.